«Северный поток-2»: "Газпром" умоляет немцев спасти "трубу"

Дочерние компании «Газпрома» Nord Stream AG и Nord stream 2 AG подали заявки в Федеральное сетевое агентство ФРГ на выведение трубопроводов «Северный поток» и «Северный поток-2» из-под действия обновленной Газовой директивы ЕС. Об этом информировал ТАСС со ссылкой на сайт регулятора.

«При рассмотрении предусмотрены консультации со странами ЕС. Процедура должна быть завершена до 23 мая 2020 года», — говорится в сообщении.

Газовая директива, регулирующая рынок газа в ЕС, была обновлена в начале прошлого года.

Внесенные изменения распространяют нормы Третьего энергопакета о резервировании до 50% мощностей магистрали для прокачки газа альтернативными поставщиками на трубопроводы, которые проходят в морской экономической зоне стран Евросоюза. Российские экспортные газопроводы в тексте прямым текстом не упоминаются, однако не секрет, что принятые поправки направлены против «Северных потоков».

Законом Германии предусмотрено предоставление исключения для трубопроводов, построенных до мая 2019 года. Однако получение положительного заключения на заявку не гарантировано. По мнению заместителя директора по энергетическому направлению Института энергетики и финансов Алексея Белогорьева, у Германии есть обязательства перед членами ЕС, в том числе по неиспользованию права на предоставление исключений для российских трубопроводов.

Особое беспокойство ситуация с «Северными потоками» вызывает у Польши и Украины. Ранее Польше в суде уже удалось добиться ограничения поставок по газопроводу OPAL. С большой долей вероятности претензии Варшавы коснутся и EUGAL, который является продлением «Северного потока-2».

«Как показывает практика, судебные инстанции в Европе принимают противоречивые решения, когда разбирательства касаются протянутых из России магистралей», — заявил Алексей Белогорьев ФБА «Экономика сегодня».

При этом эксперт заметил, что политический и антироссийский характер этих претензий все прекрасно понимают.

Усилия против положительного решения Федерального сетевого агентства Германии приложит и Брюссель. По информации немецкой прессы, там намерены следить за выполнение Германией Газовой директивы и новых поправок к ней.

«Как государство-член ЕС, на территории которого находится первый пункт присоединения, Германия имеет право принимать соответствующее решение после проведения консультаций со всеми государствами-членами ЕС», — заявили в Еврокомиссии.

Оценивая шансы «Северного потока-2» на исключения, юрист-международник, доцент кафедры государственно-правовых дисциплин Института государственной службы и управления РАНХиГС Кира Сазонова отметила, что многое будет зависеть от сроков запуска проекта.

— Ситуация выглядит очевидным образом — всё связано с санкциями, который в конце декабря были введены США. Работы были приостановлены и на 93% готовые мощности оказались заторможены. Если бы все было хорошо, то они бы однозначно подпадали под созданную фактически специально для «Северного потока — 2» оговорку в немецком федеральном законе об энергетическом хозяйстве. Там речь идет о том, что внешние газопроводы, которые достроены до принятия Газовой директивы, то есть до мая 2019 года, получают исключения. Соответственно, на это был сделан расчет. Сейчас он меняется, и речь идет о том, чтобы продлить еще на 1 год действие этого исключения.

Другое дело, что Германия не может это сделать в самостоятельном режиме, то есть заявить о том, что на нее не распространяются определенные параграфы Газовой доктрины. Нужно провести согласование со странами Евросоюза, и Еврокомиссия должна проголосовать «за». Шансов, что она проголосует «за» достаточно много, с учетом того, что Германия в экономическом плане остается, безусловно, главным авторитетом в ЕС.

До 23 мая 2020 годы мы не успеем завершить строительство «СП-2». Поэтому все зависит от того, когда оно будет завершено и в какой момент Газовая директива перестанет иметь значение. Сегодня никто не хочет согласно Газовой директиве передавать другой компании управление трубопроводом. Мы хотим, чтобы это был Nord stream 2. По российскому законодательству, у нас только «Газпром» и, соответственно, его дочерние предприятия имеют право на экспорт трубопроводного газа. По Газовой директиве у нас не очень хорошие прогнозы по загрузке газопровода до 50%.

Эти два основания не нравятся ни нам, ни немцам как бенефициарам. Очевидно, что сейчас германский регулятор попытается помочь нам сослаться на пункт 28b немецкого энергетического закона.

«СП»: — Если не ошибаюсь, 12-мильный отрезок «Северного потока -2», проходящий в прибрежной зоне страны, построен. Это может стать основанием для исключения?

—  Газопровод еще не запущен, поэтому есть вопрос трактовки Газовой доктрины. Еврокомиссия на это будет смотреть. Каждая из сторон имеет свои интересы. Прекрасно, что интересы России и Германии совпадают, но речь будет идти о продлении еще на один год возможность предоставления исключения.

«СП»: — Давление будет сейчас оказываться со всех сторон, и заключение может быть отрицательным. Чем это чревато?

— Много будет зависеть от позиции немецких властей. Судя по последнему визиту Ангелы Меркель в Россию, они постараются не бросать проект уже в конце пути. Очевидно, что юридические проволочки не должны иметь давление на экономический базис. Газопровод есть, его осталось запустить. Срок даже в полгода уже не имеют технически значимых характеристик. Хотя европейские бюрократы будут ссылать именно на временные ограничения, правовые оговорки и так далее. Но Германия, как прагматичная страна, будет упирать на здравый смысл.

«СП»: — Но первый «Северный поток» построен уже давно и работает, тем не менее, оказался под исключениями.

— Потому что речь идет не о любых газопроводах, а именно о внешних. Россия оказалась под ударом как главный экспортёр газа в Европу.

«СП»: — Что можно будет сделать в случае отрицательного заключения?

— Продолжать общение с Еврокомиссией, потому что любые юридические заключения могут быть изменены. Право создают люди, государства. А здесь есть мощный экономический базис. Понятно, что «СП-2» запустят, вопрос во времени и политических обстоятельствах, которые будут этому сопутствовать.

Думаю, решение Еврокомиссии будет положительным.

Заместитель генерального директора по газовым проблемам Фонда национальной энергетической безопасности Алексей Гривач также считает, что ответ должен быть положительный. Вместе с тем, он обратил внимание, что речь идет о двух разных компаниях — Nord Stream AG и Nord stream 2 AG — обратившихся за исключением.

— По поводу «Северного потока» нет никаких сомнений, что он должен быть исключен. Он давно построен, функционирует.

По «Северному потоку-2». Немецкий участок в территориальном море, который формально попадает под юрисдикцию Евросоюза и на основании чего пытаются распространить нормы на весь газопровод, был также проложен до определенной даты, все инвестиции сделаны. У компании есть основание запросить исключение.

Примут или нет — вопрос в значительной степени политический. Будет серьезное противодействие со стороны тех, кто лоббировал поправки, со стороны Еврокомиссии, США. Но есть и позитивные сигналы, связанные с тем, что Германия должна показать реальную приверженность проекту «Северный поток-2».

«СП»: — Какие меры может принять «Газпром» в случае отрицательного решения?

— Есть меры, связанные с судебными действиями. Изменения в Газовую директиву подрывают обязательства ЕС по договору к Энергетической хартии: ухудшают условия работы по проектам и положение инвесторов, причем задним числом, уже после принятия инвестиционных решений.

Возможны, различные решения, чтобы отстоять проект, чтобы он нормально работал на пользу инвесторов и рынка. Очевидно, что он укрепляет энергетическую безопасность ЕС, усиливает конкуренцию на рыке, а не ограничивает, как это представляют некоторые противники.

«СП»: — США своими экстерриториальными санкциями фактически наступают на суверенитет европейских стран, в том числе Германии. Как это может отразиться на позиции по исключениям?

— В законодательстве есть простор для трактовок — и нашим, и вашим. Это исключение возможно, если у немецкого руководства хватит политической воли, чтобы противостоять посягательствам на их суверенитет в сфере энергетической политики.

Нефть и газ: «Северный поток-2»: Труба может оказаться дырявой

Новости энергетики: Меркель: «Северный поток-2» нужно достроить, несмотря на санкции США

 

Источник ➝

Россия простила Киеву кровь крымчан?

Пожалуй, жители полуострова — единственные, кто не удивляется нынешнему просто поразительному украинскому садизму. Материковые «небратья» готовы живьем закопать своих соотечественников, эвакуированных из Китая из-за эпидемии короновируса. Забрасывают камнями автобусы, жгут шины. Это нормально для сегодняшней Украины. Так уже было ровно шесть лет назад. Единственное, что на полуострове хотят знать: почему российские власти до сего дня не потребовали от Киева ответа и за зверскую расправу над крымчанами 20 февраля 2014-го?

Нынешний февраль — шестая годовщина той Корсунь-Шевченковской трагедии. Не зная, кому тогда подчиняться, МВД Автономной республики Крым не решилось возбудить уголовное дело по факту массовых беспорядков: уничтожения автотехники, избиений, издевательств над гражданами, ксенофобских и русофобских призывов, массового и незаконного применения оружия. Времена изменились, но разве истекли сроки давности для уголовного расследования убийства семи человек, заявления по которым были обнародованы в президиуме Госсовета Крыма?

Крымская общественность задает вопросы: почему не расследуется кровавая трагедия, разыгравшаяся под Уманью, на трассе Корсунь-Шевченковского района? Или наших соотечественников нужно забыть, раз в Кремле все еще надеются «договориться» с официальным Киевом и с самим президентом Зе, явно потакающим убийцам?

Одни из первых гражданских жертв Евромайдана, семеро жителей Симферополя и Севастополя, погибли, когда изверги-националисты сожгли колонну их автобусов. Могилы не найдены. Также неизвестна судьба еще трех десятков крымчан, без вести пропавших при погроме автоколонны на пути из Киева домой. В сети множество страшных роликов — озверелые «правосеки» * кидают на землю избитых людей, жгут автобусы, вопят: «Москалей — на ножи». В какой яме лежат растерзанные тела?

 — Нас остановили на блок-постах, закидывали в окна бутылки с зажигательной смесью, — давали показания Оксана Метиева, Алексей Гребнев, Владимир Котенко. — Всего в автобусах ехало 306 человек. Мы вышли и попали в руки к настоящим извергам. Били палками, битами, камнями. Пытали за то, что отказывались, стоя на коленях, петь гимн Украины, кричать «Героям слава!», что разговариваем на русском. Транспорт наш расстреливали из ружей, несколько автобусов сожгли вместе со всеми вещами и документами.

— Там погибло, насколько я знаю, гораздо больше семи человек, — сообщил Николай Кизилов. - Семеро — это только точно установленные тела. Пропали без вести те, кто стали убегать через поля, где их догоняли, убивали на месте и там же закапывали.

— Некоторым удавалось убежать и скрыться в лесу, — вспоминает джанкоец Сергей Палкин. — На тех, кто сбежал, местные устроили охоту. Мне с несколькими товарищами удалось пробраться на железнодорожную станцию и уехать на ближайшем поезде. Когда пробирались через лес, неоднократно слышали, как идет облава на спрятавшихся. Как попавшие в лапы бандитам люди кричат, просят их не убивать. А в ответ — выстрелы.

Есть мнение и с другой стороны. Активисты-бандеровцы охотно раскрывают подробности взаимодействия боевиков «Правого сектора» с администрацией города Корсунь-Шевченковский и начальством местной железнодорожной станции, откуда выдавали на смерть беглецов из разгромленной автоколонны. Впрочем, бандерлоги тут же раскручивают версию. Мол, корсуньский погром был специально устроен некими провокаторами — «чтобы рассорить Симферополь и Севастополь с материковой Украиной, и чтобы крымчане не захотели быть в составе Украины».

В Крыму убеждены, что данные подробности очень важны для будущего следствия. Во всяком случае, многие тут все еще надеются на своего депутата Наталью Поклонскую, которая сейчас начинает «Дело о Майдане в Украине». Хотя слова «начинаем», «завтра», «будем» — словно мантра для ведущих российских политиков. И глухая стена вместо ответа: что же сделано в противостоянии с нацистским режимом на день сегодняшний?

Так, без малого год назад, на очередном праздновании Крымской Весны спикер Госдумы РФ Вячеслав Володин выступил с инициативой взыскать с Украины ущерб, причиненный региону за четверть века пребывания в составе соседнего государства. Организацию подсчета доверили первым лицам официального Симферополя?

Казалось: кто как ни они способны предельно четко изложить все факты и цифры колониального положения украинского Крыма? Здешние VIP-ы из республиканского правительства и Госсовета РК были непосредственными свидетелями и участниками процесса — от первого референдума 20 января 1991 года, когда большинство крымчан поддержали воссоздание автономного статуса региона как субъекта Союза ССР и участника Союзного договора, до референдума 16 марта 2014-го, по итогам которого полуостров возвратился в Россию. Более того, многие занимали руководящие посты в украинских структурах Автономной Республики Крым.

То есть — вся информация у них на руках. Задача тем более важная, что официальный Киев наращивает требования компенсации за «российскую аннексию» полуострова. И расследование, инициированное Вячеславом Володиным, могло стать самым серьезным российским контраргументом.

Но не тут то было. За год состав рабочей группы по подсчету ущерба успел смениться, однако конкретный результат близок к нулю.

На днях новая группа собралась в крымском парламенте впервые после выборов в Госсовет. Кроме депутатов, там есть представители исполнительных органов власти и Банка России. «Если мы больше теоретическими вопросами занимались в прежнем составе, то сегодня, я представляю так, что нам нужно перейти уже в более практическую площадь, — констатирует первый вице-спикер, председатель рабочей группы Ефим Фикс. — Где-то в этом году мы выйдем уже на какой-то результат. Думаю, это будет обоснованный, совершенно точный, четкий показатель нашей работы».

Реальные показатели стоило бы определять еще вчера. Вспомним об одном только Гаагском суде. Февраль 2019 года — поддержан иск украинского «ПриватБанка» к России по делу о потере активов в Крыму. Март — арбитраж Гааги постановил, что РФ отвечает за якобы незаконный захват крымских активов «Нафтогаза». А на днях НАК «Нафтогаз Украины» и шесть его компаний в рамках того же арбитражного производства потребовали еще 8 млрд долларов.

Да, Москва не признает решения данного суда. Но под занавес прошлого года «Газпром» уже выплатил «Нафтогазу» $ 2,9 миллиарда по требованию Стокгольмского арбитража. Плюс — экс-акционеры ЮКОСа намерены реализовать вердикт все того же Апелляционного суда Гааги, по которому Российская Федерация должна им $ 50 млрд. Иначе — арест российских активов за рубежом.

Как бы там ни было, на той стороне активно готовят и предъявляют к рассмотрению антироссийские иски. Корпят день и ночь, привлекая к делам лучших юристов. Долбят по Кремлевской стене. Причем — с особым остервенением целясь в «крымскую кладку». Тем временем уважаемые люди в Крыму целый год занимались исключительно «теоретическими вопросами».

Если конкретно: рабочая группа по подсчету украинского ущерба действовала в Госсовете Крыма 11 месяцев, с апреля 2019 года. Заседали полномочные представители республиканских министерств, сенаторы и депутаты Госдумы, члены Общественной палаты РК, эксперты и ученые-экономисты. Выяснили, что за время украинской юрисдикции полуостров получил 2,5 триллиона рублей экономических потерь. Теперь вычисляют износ инфраструктуры, убытки промышленности и аграрного сектора, потери в людских ресурсах и социально-гуманитарной сфере.

«Просто к примеру: сколько детских садов было в 1991 году, и сколько их оказалось в 2014 году. Куда они пропали? Сколько было школ и сколько их оказалось на 2014 год», — оптимистично добавляет Ефим Фикс.

Потрясающий факт недавних времен. Вплоть до конца 90-х практически все государственное имущество на территории Крыма законодательно считалось собственностью республики. Речь о земле, об индустриальном и топливно-энергетическом комплексе, о торговых и рыбных портах Керчи, Феодосии, Ялты и Евпатории. Однако очень скоро Киев фактически силой забрал крымскую собственность. Полномочия автономии были урезаны до минимума, все имущественные комплексы и вся земля за границами населенных пунктов — объявлены собственностью украинского государства. Чтобы подкрепить захват, личным приказом президента Кучмы сюда перебазировали самые боеспособные части ВСУ и спецназ Нацгвардии.

Объявив нынешнюю блокаду морских портов, в Киеве словно забыли, как сами вырвали их из крымских рук. А теперь пытаются предъявить «портовые» иски к России. Требуют себе коллекцию скифского золота, задержанного в Амстердаме, игнорируя Конституцию АРК 1998 года, по которой все музейные ценности на полуострове принадлежат Крыму.

— Ущерб исчисляется сотнями миллиардов долларов, — утверждает спикер республиканского парламента Владимир Константинов. — Прощать такое Россия не может. Нужно положить все на бумагу, подготовить с юристами претензионный иск, выходить на итоговый результат в этом году, не затягивать. Иск подавать в международные судебные инстанции.

Золотые слова. Как приятно слышать их от самого Константинова — бывшего «головы» Верховной Рады украинского тогда еще Крыма. Даже как-то неловко задавать вопрос: почему до сих пор нет ни одного окончательно подготовленного искового заявления?

Допустим, не смогли определить конкретные цифры убытков от управленческих решений, принятых за четверть века самостийности. Затруднились подсчитать ущерб от тотального уничтожения крымской промышленности, знаменитых на весь Союз консервных и сокоэкстрактных заводов, напрочь не нужных аграрной Украине. Наконец, не разобрались с ущербом от сознательного развала уникальных предприятий здешней «оборонки» и массового бегства с полуострова работоспособного населения.

Но все эти действия Киева имели открытую поддержку и публичное одобрение симферопольской номенклатуры, часть которой и сегодня в тех же властных креслах. Легко «вычистить» из личных аккаунтов собственные фото во время торжественных возложений желто-голубых венков к памятнику Тарасу Шевченко. Гораздо труднее изменить собственную сущность и забыть свой вчерашний день.

В частных разговорах чиновники оправдываются: «Даже если иски появятся, их невозможно предъявить из-за непризнания российского Крыма». На самом деле, это пустая отговорка. Северо-Крымский канал был засыпан с украинской стороны еще в мае 2014-го. Воды для полива не стало практически сразу. Погибли огромные овощные плантации и гигантские рисовые чеки. Неимоверно пострадали тысячи крестьянских хозяйств Таврической степи.

Характерная подробность — в основном здесь живут семьи этнических украинцев, завезенных с материка после запуска канала в середине 60-х годов прошлого века. Также по округе расселены крымские татары-репатрианты. И главное — кроме новых российских документов, все они по сей день имеют и паспорта граждан Украины.

Местные селяне выращивают отменные баклажаны и персиковые сады, где каждый плод сочится медом. Они трудятся день и ночь, их руки разбиты тяжелой работой. Такими руками трудно писать «заявы» в международные суды. Даже учитывая, что второе украинское гражданство вполне позволило бы обращаться в любую международную судебную инстанцию.

Нет проблем в калькуляции конкретного ущерба от водной, энергетической и транспортной блокад. Тысячи людей — простых, от земли — давно готовы потребовать компенсацию за эти акты геноцида, совершенного Украиной. Однако не случилось еще ни одного прецедента, чтобы крымским фермерам или мелким торговцам была оказана юридическая помощь для квалифицированной подготовки и подачи исковых материалов по украинскому ущербу. Невероятно, но от властных структур и всевозможных общественных «фронтов» вообще не прозвучало подобных предложений.

Зато вот сенсационное откровение от Александра Молохова — главы рабочей группы по международно-правовым вопросам постоянного представительства Крыма при президенте России. По его словам, перекрытие канала киевскими властями в 2014 году причинило вред экосистеме и сельскому хозяйству северного Крыма. Надо было ждать пять лет, чтобы уяснить такую банальность?

Молохов вдруг сообщил РИА Новости, что из-за блокады поставок воды в крымский регион необходимо готовить международный иск к Украине. Призывая переходить в наступление на юридическом фронте, он говорит о необходимой правовой основе и шансах на успех, которые есть у российской стороны. Остается вспомнить добрую отечественную пословицу о жареном петухе, клюющем в задницу.

* Решением Верховного суда РФ от 17 ноября 2014 года «Правый сектор» был признан в России экстремистской организацией, его деятельность в РФ запрещена.

 

Популярное в

))}
Loading...
наверх